Краткое содержание.
1. Участие церковной иерархии в свержении Царя.
2. Циркуляр Св.Синода с шаблоном проповеди для произнесения за Литургией.
3. Духовная оценка св. Иоанном Шанхайским (Максимовичем) клятвопреступления русского народа.
4. Митрополит Владимир и его соучастие в февральском бунте сочувственным бездействием – свидетельство товарища Обер-прокурора Святейшего Синода князя Жевахова.
5. Главный мотив участия духовенства в февральской революции – «свобода» Церкви от власти Помазанника Божия. Действительная цель созыва Собора.
6. Небольшое отвлечение на тему необходимости культов для сохранения демократической и тиранической власти, как главной причине гонений на Православие.
7. Кратко о происходящем на Соборе – оценка заслуживающего доверие современника.
8. Демократически избранный патриарх «лучше» богоданного Царя.
9. Кого законы Российского государства называли Главой Церкви. Суть происшедшего в феврале 1917 г. - церковно-государственный переворот.
10. За каких архиереев земли русской молился св. Серафим (Саровский).
11. Осмысление духовенством причин скорбей и бедствий, обрушившихся на Россию и Церковь. Молитва Анании, Азарии и Мисаила – кого видели три отрока виновниками постигших их бед.

1. В последние годы, когда мифы советской пропаганды о монархизме предреволюционного духовенства развеялись, рассекреченные архивы и исторические исследования открыли нам совершенно неожиданную правду. Увлеченные идеей независимости церковной власти от Царя, патриаршества без самодержавия, иерархи Российской Церкви стали вместе с народом соучастниками страшного греха убийства Помазанника Божия, его супруги и детей. В феврале 1917 архиереи предприняли все меры, чтобы народ не встал на защиту своего Государя: телеграммами от имени Синода, а также от имени специально проведенных епархиальных собраний, и лично от себя они обратились к пастве во всех концах России с призывом о верности Временному «народному» правительству; разослали образцы проповедей всем священникам, в которых возлагалась ответственность за все беды и несчастья военных лет на Царя Николая II; изменили тексты клятв, исключив всяческое упоминание о верности Императору; разъясняли «недействительность» всех прежних клятв на верность Царю, как частных, так и общецерковных, соборных; в течение нескольких дней поменяли все богослужебные тексты, где были упоминания Царя и царской семьи; сразу и с радостью приняли «отречение» Николая II, как действительное; молчанием способствовали заточению и убийству Помазанника; как пастыри в проповедях успокаивали совесть народа и тем толкали его на грех; соделали народ клятвопреступником и цареубийцей, подвели его под проклятие. Преступление духовенства было массовым и всеохватным. «Свершилась воля Божия. Россия вступила на путь новой государственной жизни. Да благословит Господь нашу великую Родину счастьем и славой на ее новом пути…» - таким посланием от 9 марта 1917г. встретил Св.Синод весть об отречении Царя и его аресте.

   Подробнейший документальный анализ всего вышесказанного приведен в работе историка М.Бабкина: «Духовенство РПЦ и свержение монархии».

2. Ниже приводится образец проповеди с амвона, которые должны произносить батюшки во время литургии, составленный Священным Синодом и разосланный как приложение к призыву о займе. Документ по стилю напоминает науськивание здоровенного, но еще неразумного дитяти взрослым дядей на тех, кто дяде не нравится. Удивляет профессионализм, которого не ожидаешь от пропагандистов 19 и начала 20 века, когда еще не было радио, телевизора, звукового кино. Весь текст обильно сдобрен таким обычным для нас, живущих в век телевизионной пропаганды, елейным рекламным враньем. Это о стиле. А политическая позиция: ненависть к Помазаннику и его власти – комментариев не требует. По-видимому, большевики, среди которых, кроме евреев, было немало бывших рабочих и крестьян, слушавших воскресные проповеди, взяли одну из них за образец своей будущей пропаганды и даже многое из нее не потрудились менять: «Все в нашей жизни совершается по воле Божией. Великие дни переживает наша Родина. Старое правительство довело Россию до края гибели. Случилось что-то невероятное. Великая Россия, питавшая своим хлебом всю Европу, теперь, в дни войны, когда, казалось, всякий вывоз хлеба за границу был прекращен, когда хлеба должно было хватить на всех с огромным избытком, на самом деле, ощущает страшный недостаток в этом хлебе, а в иных местах терпит чуть ли не настоящий голод. Нет не только хлеба, но не хватает и прочих необходимых предметов продовольствия: масла, мяса и т. д. А раньше все это и за границу вывозили, и сыты были, и запас оставался. Расстроилось народное хозяйство. Но не только хозяйство народа пришло в упадок, а и многое вызывает наше удивление и негодование. В самом деле, количества народа у нас чуть не в три раза больше, чем у немцев. При этом мы, русские люди, горячо любим нашу Родину, и наши воины на фронте дерутся с немцами, как львы. А, между прочим, враг далеко проник в глубь России и захватил множество нашей земли, разорив села, города, пустив по миру десятки тысяч наших братьев. Что это? Как это можно объяснить? Вы сами знаете ответ: в нужную минуту не хватало снарядов, бывало, что у немцев пушка и пулемет, а у русского воина дубина, да и то не у каждого. И произошло это потому, что при старой власти не готовилось снарядов, выдавались планы немцам, предавались русские люди. Нельзя перечислить всех тех действий, которые претерпела Россия из-за этих негодных людей. И вот народ восстал за правду, за Россию, свергнул старую власть, которую Бог через народ покарал за все ее тяжкие и великие грехи. Теперь народ хочет сам устроить свою жизнь так, чтобы всем жилось хорошо, легко, по правде Божией. Учредительное Собрание, которое изберет весь народ, установит новую форму правления, при которой будут решены все важные задачи, устранено все то зло, которое еще осталось у нас от старого строя. Для крестьян будет разрешен вопрос о земле, что так тревожит и волнует крестьянство; для рабочих - о правильной оплате их труда, словом, будет сделано все, чтобы всем обездоленным, угнетенным жилось на Божием свете легко и радостно. Не будет у нас больше неправды, насилия, обмана и продажности, но сам народ решит все по полной справедливости. Дай Бог, чтобы скорее настало это благословенное, долгожданное и желанное счастливое время. Но, братья, сейчас нельзя приступить к разрешению всего вышесказанного. Скажу более того: еще неизвестно - да будет ли еще то, чего мы все так желаем. Может быть, все повернется назад по-старому, и еще более - станет гораздо страшнее и тяжелее жить, чем это было при старом правительстве. Потому что грозный враг наш, немец, еще не побежден, потому что немцы так далеко ушли в глубь России, что хотят грозить и самым столицам нашим. Теперь немцы хорошо понимают, что Россия при новом строе для них враг гораздо более страшный, чем это было раньше, когда старое правительство продавало им Россию. Поэтому они напрягают все свои силы к тому, чтобы победить нас, чтобы вернуть к нам все старое, может быть, мечтают о том, чтобы какой-нибудь немецкий принц стал русским царем. Что же будет, если это действительно случится? Страшно подумать. Зажмут всем рты, прикажут и забыть о воле, не дадут крестьянам земли, будут всячески теснить и обижать нас, как это они уже делали и делают с покоренными народами. Но этого не будет, ответите вы. Мало ли чего хочет немец. Пусть попробует: ведь защищают же грудью своею Родину наши отцы, дети, братья наши. Все это совершенно справедливо. Мы все готовы отдать свою жизнь за спасение России. Но мы хорошо знаем, что голыми руками немца не возьмешь. У него и пушки, и пулеметы, и ружья, и аэропланы, и великое множество всяких других средств для борьбы с нами. Это же самое должно быть, конечно, и у нас. И должно быть всего не меньше, чем у немца, а даже еще больше. Конечно, у нас есть боевое снаряжение, но его надо пополнять и обновлять. Надо множество снарядов, пуль, которые расходуются на фронте страшно быстро. Надо лить новые пушки, которые от времени приходят в негодность, нужны пулеметы, ружья и т. д. А солдат наших надо одеть и накормить. Понятное дело, что все это стоит страшно дорого, почему и нужно Правительству очень много денег. При старом правительстве денежные наши дела, как и все остальное, пришли в сильный упадок, по какой причине, между прочим, теперь и такая дороговизна. Денег новому Правительству не хватает, а деньги ему необходимы и, чем больше, тем лучше. По этой причине Правительство объявляет теперь внутренний заем, «Заем Свободы». Правительство приглашает всех тех, кто любит Родину, одолжить ему свободные деньги, которые будут потом возвращены назад и с хорошей прибылью². Я думаю, что вы все согласитесь, что это наш прямой и святой долг перед матерью нашей Россией. Без денег нельзя продолжать войны. Если мы не будем продолжать войны, немцы нас победят, и тогда вернется старый порядок, погибнет наша свобода и все, чего мы от нее ждем. Несите же свои сбережения. Наши братья свою кровь проливают, жизнь отдают, т[о] е[сть] самое дорогое, что только может быть, а мы, оставшиеся дома, не можем, не смеем не отдать свои сбережения для защиты правого дела, тем более, что эти деньги будут нам возвращены полностью и с большими к тому же процентами. Эти деньги отдаем в верные руки. Новое Временное Правительство, которое стоит теперь у власти, избрал сам народ, тот самый народ, который завоевал себе свободу и свергнул поработителей этой свободы. Поэтому народное Правительство употребит те деньги, которые на время одолжит ему народ, действительно, на закрепление свободы, на ее защиту против грозного немца и всех ее врагов. Поступим же, дорогие братья, как повелевает нам долг граждан свободной великой России: одолжим на время нашей Родине свои сбережения, свою трудовую копейку, принесем эту небольшую жертву, поможем отечеству в трудное время, чтобы земля и воля, к которой так стремится каждый крестьянин, была действительно получена им, чтобы жила и крепла Россия свободная и великая, чтобы не рассыпались прахом все эти наши задушевные пожелания. Да поможет нам Бог».Приложение I к № 13 Первое «Поучение с церковного амвона о „Займе Свободы"» 29 марта 1917 г.

   Упомянем с благодарностью имена тех нескольких епископов, которые показали верность Государю. «Епископ Тобольский и Сибирский Гермоген (Долганов) в качестве резолюции на постановлениях своего епархиального съезда писал: «Я не благословляю случившегося переворота, не праздную мнимой еще «пасхи» (вернее же мучительной Голгофы) нашей многострадальной России и исстрадавшегося душою духовенства и народа, не лобызаю туманное и «бурное» лицо «революции», ни в дружбу и единение с нею не вступаю, ибо ясно еще не знаю, кто и что она есть сегодня и что (выдел, еп. Гермогеном. — М.Б.) она даст нашей Родине, особенно же Церкви Божией, завтра».

   Аналогичную, «не соответствующую духу времени и новому государственному строю» позицию, но не столь безкомпромисную как еп. Гермоген, заняли «архиепископы Кишиневский Анастасий (Грибановский) и Воронежский Тихон (Никаноров), а также епископы: Петропавловский Мефодий (Красноперов), Пермский Андроник (Никольский), Елизаветградский Прокопий (Титов) и Астраханский Митрофан (Краснопольский). Например, астраханский архиерей не разрешал своему духовенству совершать торжественные молебствия в честь революционных событий, не дал своей подписи под приветственными телеграммами, посланными духовенством Временному правительству. Аналогично поступил и воронежский архипастырь, не дав разрешения на просьбу городских пастырей устроить в течение дня колокольный звон в знак радости духовенства по случаю свержения монархии. В приемной Тихона (Никанорова) вплоть до 9 июня висели портреты императора Николая II, его супруги и императора Александра III. Когда местный исполком снимал портреты, архиепископ выразил протест на его незаконные действия. В своем же подавляющем большинстве российский епископат высказал единую со Св. синодом и со своими епархиальными съездами позицию (о последних будет сказано ниже). Мнение высшего духовенства о рассматриваемых событиях характеризует и распоряжение Московской духовной консистории, сделанное в первой половине апреля 1917 г. Согласно ему, настоятелям всех монастырей и церквей епархии следовало тщательно просмотреть все церковные лавки и склады с целью изъятия из них монархической литературы. Виновным в неисполнении данного предписания угрожалось строгим взысканием» (М.Бабкин. Духовенство РПЦ и свержение монархии).

3. Архиепископ Иоанн Шанхайский (Максимович): «Русский народ весь в целом совершил великие грехи, явившиеся причиной настоящих бедствий, а именно клятвопреступление и цареубийство. Общественные и военные вожди отказали в послушании и верности Царю еще до его отречения, вынудив последнее от Царя, не желавшего внутреннего кровопролития, а народ явно и шумно приветствовал совершавшееся, нигде громко не выразив своего несогласия с ним. Между тем здесь совершилось нарушение присяги, принесенной Государю и Его законным наследникам, а кроме того на главу совершивших то преступление пали клятвы предков — Земского Собора 1613 года, который постановления свои запечатлел проклятием нарушающих его. В грехе цареубийства повинны не одни лишь физические исполнители, а и весь народ, ликовавший по случаю свержения Царя и допустивший Его унижение — арест и ссылку, оставив беззащитным в руках преступников, что уже само собою предопределяло конец. Таким образом, нашедшее на Россию бедствие является прямым последствием тяжких грехов, и возрождение ее возможно лишь после очищения от них. Однако, до сих пор нет настоящего покаяния, явно не осуждены содеянные преступления, а многие активные участники революции продолжают и теперь утверждать, что тогда нельзя было поступить иначе. Не высказывая прямого осуждения февральской революции, восстания против Помазанника, русские люди продолжают участвовать в грехе, особенно когда отстаивают плоды революции, ибо, по словам апостола Павла, особенно грешны те, которые знают «что делающие нечто достойны смерти; однако не только делают их, но и делающих одобряют» (Рим. 1, 32)». И еще: «Под сводом Екатеринбургского подвала был убит Повелитель Руси, лишенный людским коварством царского венца, но не лишенный Божией правдой священного миропомазания ….Одни убили, другие одобряли убийство и тем совершили не меньший грех, третьи не помешали. Все виновны и поистине мы должны сказать: «Кровь его на нас и на детях наших».

   «Пишете, что многие считали Государя виновным в наших неудачах, а потому считают себя вправе нарушать присягу. Присяга есть клятвенное обещание перед Крестом и Евангелием, и нарушение ее есть клятвопреступление….Если бы высшие военноначальники и общественные деятели вместо коленопреклоненных умолений Государя об отречении, выполнили то, что следовало по присяге - искусственно устроенный петроградский бунт был бы подавлен и Россия спасена».

4. Бывший помощник Обер-Прокурора Святейшего князя Н.Д.Жевахов, свидетель февральского бунта, рассказывает об молчаливом отказе от исполнения присяги членами Синода:

   «На 26 февраля было назначено заседание Синода….С большим трудом добрался я до Сенатской Площади, к зданию Св.Синода. Из иерархов не все прибыли… Пред началом заседания, указав Синоду на происходящее, я предложил его первенствующему члену митрополиту Киевскому Владимиру выпустить воззвание к населению, с тем, чтобы таковое было не толь ко прочитано в церквах, но и расклеено на улицах. Намечая содержание воззвания и подчеркивая, что оно должно избегать общих мест, а касаться конкретных событий момента и являться грозным предупреждением Церкви, влекущим, в случае ослушания, церковную кару, я добавил, что Церковь не должна стоять в стороне от разыгрывающихся событий и что ее вразумляющий голос всегда уместен, а в данном случае даже необходим. «Это всегда так, — ответил митрополит. — Когда мы не нужны, тогда нас не замечают; а в момент опасности к нам первым обращаются за помощью». Я знал, что митрополит Владимир был обижен своим переводом из Петербурга в Киев; однако такое сведение личных счетов в этот момент опасности, угрожавшей, быть может, всей России, показалось мне чудовищным. Я продолжал настаивать на своем предложении, но мои попытки успеха не имели, и предложение было отвергнуто. Принесло бы оно пользу или нет, я не знаю, но характерно, что моя мысль нашла свое буквальное выражение у Католической Церкви, выпустившей краткое, но определенное обращение к своим чадам, заканчивавшееся угрозою отлучить от св. причастия каждого, кто примкнет к революционному движению. Достойно быть отмеченным и то, что ни один католик, как было удостоверено впоследствии, не принимал участия в процессиях с красными флагами. С тяжелым чувством … я возвращался домой... Возбуждение на улицах между тем все более разрасталось. Предположение, что войска откажутся повиноваться и присоединятся к бунтовщикам, превратилось в факт, ужасные последствия которого трудно было даже учесть. Серые солдатские шинели все чаще и чаще стали появляться в толпе…»

   Митрополит одним из первых был убит во время большевистской смуты обычными грабителями по наущению распропагандированных монахов Киево-Печерской Лавры. В отличие от расстрела Царя, его супруги Императрицы Александры Федоровны, наследника Алексея, царевен Ольги, Татьяны, Марии и Анастасии, а также слуг, убийство митрополита вызвало гневное возмущение Собора и церковной иерархии, прошли панихиды. В день его убиения празднуется также память остальных новомученников российских.

5. Власть епископов в России была так велика в первые месяцы после февральского переворота, что одного намека членов Синода было достаточно, чтобы освободить Царя. Это тем более верно, что народ взывал к пастырям и вопрос о верности царю был животрепещущим и обсуждался повсеместно (крестьяне писали письма на Собор, в епархии, в газеты и др.). Народная любовь и верность Помазаннику была свойственна большинству граждан, прежде всего крестьянству. Но освобождение Царя не могло допустить Временное Правительство, так как неизбежно открылась бы незаконность его отречения от престола, полученного обманом и угрозой насилия над семьей (см. книгу следователя Н.А.Соколова «Убийство царской семьи»). Подавляющему большинству епископов и в целом духовенства также не хотелось видеть Царя на свободе, ибо его авторитет Помазанника Божия, единственный был много выше их авторитета. Это обстоятельство и стало причиной гробового молчания церковной иерархии в отношении беспричинного, беззаконного ареста Царя и его семьи. О радости епископата в первые дни февральской революции, кроме взволнованных воззваний, говорит тот факт, что первенствующий в Синоде, позднее прославленный как священномученик престарелый митр. Владимир (Богоявленский), на радостях помогал обер-прокурору от Временного Правительству Львову выносить стул Государя из зала заседаний Синода.

   Приведу лишь одно письменное свидетельство настроений, царивших в высшем духовенстве: «Открытое письмо Епископам Российской Церкви» епископа Переславского Иннокентия (Фигуровского), начальника Российской духовной миссии в Пекине. 24 марта 1917 г.

   Владыка Святый.

   Братски приветствую Вас, Владыко, с сугубым праздником: Воскресения Христова и обновления государственной жизни России. Церковь Христова в свободной Державе Российской ныне освободилась от векового рабства и для нее занялась заря апостольской жизни в свободной стране. С свержением монархии Церковь избавилась от позора, от участия в навязанном ей грехе цезарепапизма».

   Без Царя епископы оказались единственными легитимными кормчими российского корабля и им требовался только капитан в лице соборно избранного патриарха. Царь еще после первой революции 1905 года отложил Собор как несвоевременный и долго не позволял осуществиться мечте, охватившей все духовенство и околоцерковные круги. Теперь же с помощью временных союзников, разношерстных революционеров, которым также было ненавистно самодержавие, оказалось возможным быстро собрать Собор и навсегда поставить во главе Русской Церкви одного из своих, то есть архиерея, и прекратить унизительную, как они считали, зависимость церковной власти от Помазанника Божия. Фактически мечтой духовенства было установление папской власти, ибо патриарх без царя не имел бы противовеса, и со временем легковесная демократическая власть подпала бы под полную зависимость от авторитета патриаршей власти. (Об этих всеобщих настроениях той поры любой интересующийся этой темой может прочитать в обширной литературе о предсоборных собраниях, религиозно-филосовских кружках, в статьях о церкви, воспоминаниях и т.д.).

6. Источником как патриаршей так и царской власти является Сам Бог. Потому эти две власти могут уравновешивать и дополнять друг друга. Власть демократическая согласно конституциям народов, принявших такую власть имеет источником народ. Это неправда, ибо человек, также как и любое количество людей временно пребывает на земле и не может содержать и служить источником чего-то существенно более протяженного во времени. Вся власть от Бога. Но если народ отвергает власть Помазанника Божия, то над ним по попущению Божию неизбежно устанавливают власть противные Богу силы, которые прячутся под покрывалом демократии. История нас учит, что такой власти для устойчивости либо необходим культ носителей самой светской власти, подобный культу римских императоров (или культу Сталина, Гитлера, Муссолини), либо поклонение ложным богам, как при магометанских или языческих демократиях. Этому же научает нас и Божественное Писание: израильский царь Иеровоам, по попущению Божию восхитивший власть над десятью коленами от законного царя Ровоама для того, чтобы народ Израиля через поклонение истинному Богу в Иерусалиме не вернулся под власть Помазанника, учредил поклонение языческой Астарте и Ваалу.

   Итак, некоторое время демократия может просуществовать особенно в союзе с ослабленным, протестантским христианством, но для устойчивости демократии (в том числе сталинской) нужны культы (хотя бы культ потребления), а все эти культы несовместимо с доминированием в стране Православия. Первое время власть большевиков могла продержаться на охватившем страну бесновании, свободе «грешить», отобрать, убить, отомстить, но по мере отрезвления и покаяния и возвращения к Богу слепое и всецелое рабство страстям было бы помощью Божией побеждено в основной массе, и опора большевизма неизбежно должна была рухнуть. Страх прийти к такому концу и есть главная причина гонений на православную веру языческой власти и власти большевиков! Власть большевиков при одновременном доминировании Православия невозможна. Такая власть не может быть устойчивой: либо она в скором времени будет заменена на власть Помазанника, как это произошло при Константине Великом, либо Православие без царской власти через перерождение иерархии превратится в папство, как это случилось в Риме. Такая опасность подстерегает Россию и сейчас, когда вера возрождается, и власть иерархии неизбежно становится сильнее власти демократии. Значит, по человеческому рассуждению, либо опять нас ждет гонение за веру, либо установится власть первосвященников (подобной той, что установилась в средневековой Европе), либо каким-то чудом у нас возродится самодержавие. Конечно, мы помним, что у Господа решений много больше, чем мы можем даже помыслить!

   А вот какова идеальная формула взаимоотношений церкви и государства, которая была выработана самой жизнью и сформулирована в Кодексе императора Юстиниана: «Величайшии дары Божии, данные людям высшим человеколюбием – это священство и царство. Первое служит делам божеским, второе заботится о делах человеческих. Оба происходят от одного источника и украшают человеческую жизнь. Поэтому цари более всего пекутся о благочестии духовенства, которое со своей стороны постоянно молится о них Богу. Когда священство безспорно, а царство пользуется лишь законной властью, между ними будет согласие» (6 новелла: 68).

7. Итак, активная часть духовенства и мирян под руководством архиереев в течение всего шести месяцев после февральского переворота собрала Собор, который пришелся на годы страшного лихолетья и обсуждал, как будто, всякие мелочные вопросы, не соответствующие масштабам происходящих в стране бедствий: преподавания закона Божия в школах, церковного пения, организацию винного производства. Так казалось многим, кто не понимал, что единственной настоящей целью церковной иерархии было избрание патриарха. И все это происходило в то время, когда истинный Глава Церкви, Помазанник Божий, их усилиями и молчаливым сочувствием томился в заключении, а затем был убит вместе с супругой и детьми. Чтобы не быть голословным, приведу мнение очень умного и наблюдательного человека, а главное, настоящей, а не мнимой исповедницы княгини Н.В.Урусовой: «Я писала, что муж мой был членом Церковнаго Собора от Ярославской губернии. Я не берусь рассматривать деятельность Собора в подробностях — это дело будущей истории, а только скажу в нескольких словах о своем личном впечатлении …. нужно было громить, предупреждать и открывать глаза в то время еще в большинстве верующему в Бога и любившему своего земного царя народу. Собор этого НЕ сделал! …. На Соборе постановлено было не говорить о политике. Вопросы, по которым подолгу говорили церковные ораторы, сводились только к образованию будущей Церкви, могущественной своими капиталами, для чего должны были быть куплены два громадных имения: одно виноградное в Крыму, для монополии церковнаго вина, а другое на Кавказе, с посевами пшеницы для монополии муки на просфоры и надобности Церкви, причем от продажи излишков предвиделись неисчерпаемые богатства. Мужу моему было дано задание разработать устав будущаго церковнаго банка, с обещанием поставить его не только директором этого банка, но и главным управляющим обоих имений. Муж не был богат и перспективы эти его радовали, он дни и ночи работать над этим. Я плакала, видя гибель России благодаря такой деятельности Собора. Он уговорил меня поехать в Москву хоть на одно заседание, и я нехотя согласилась, все же думая найти, может быть, твердую почву под ногами, чтоб не утонуть в трясине болота. Первое, куда провел меня муж, это поразивший меня богатый буфет, где можно было иметь что угодно, когда общей массе народа было очень трудно с питанием.…объявляют: сейчас будет говорить профессор из Белоруссии… Вышел маленькаго роста, скромнаго вида невзрачный человек, и этот маленький человек сказал не много, но сильных и больших слов. Я, конечно, не помню их буквально, хоть их было мало, ему не дали говорить, и кто не дал? Со сцены (на сцене сидели: патриарх Тихон, и за ним митрополиты, епископы, почтенные старцы, иеросхимонах Алексий, прим. И.С.) поднялось шиканье, и его заставили сойти с кафедры. Сказал он, обращаясь к Патриарху и всему правящему духовенству: "Не этими вопросами должны мы сейчас заниматься! Россия гибнет, трон поруган. Без Помазанника Божия, Православнаго Царя, она скоро подпадет под власть тьмы". Он сошел с кафедры за то, что коснулся "политики", когда постановлено было ея не касаться. Я встала и вышла из собрания…». (Для более подробного знакомства с Собором 1917-1918 гг. смотрите обзор деяний в трех томах).

8. Ощущение «свободы» и огромных перспектив «освобожденной» Церкви окрыляло первое время участников Собора. И этим переменам так мешал «консервативный и слабовольный» Царь, являвшийся законным Главой Церкви. Сердце Царя, как мы знаем из Писания, в руках Божиих, а потому демократической процедурой на него никакого влияния оказать невозможно, и это не могло устроить «свободолюбивую» иерархию. Духовенство полагало, что избранный справедливым демократическим путем патриарх (в данном случае, скорее президент духовной корпорации) больше подходит тем переменам, о которых они грезили, и которые многие из них искренне считали благом для Церкви. Но, будучи в подавляющем большинстве совершенно духовно слепы, так как давно отступили от чистоты Православия, оказались движимы превратно понимаемым добром, или скорее личной гордостью и миролюбием, прикрытым мирским понятием о добре и зле. Как и в древнем Израиле перед распятием Спасителя. Таковым пастырям уже не хотелось полагаться целиком на волю Божию, которая «дает осечки» и предлагает таких «неудачных» и «компрометирующих» себя Помазанников в качестве Главы Церкви. Все ведь очень хорошо помнили о Распутине, искушение которым страна не прошла и соблазнилась на своего Царя. Для очистки совести, правда, участники Собора и Богу тоже дали «поучаствовать» в выборах патриарха - через жеребьевку на последнем этапе после демократического избрания трех претендентов.

9. В феврале 1917 г. был совершен не государственный, а церковно-государственный переворот, ибо Николай Александрович был не только Самодержцем Всероссийским, но и Главой Церкви. Основные Законы Российской Империи гласят: «Император, яко Христианский Государь, есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры и блюститель правоверия и всякого в Церкви святой благочиния. В сем смысле Император, в акте о наследии престола 1797 года, апреля 5, именуется Главой Церкви» (Основные Законы, статья 64). Таким образом, выступившие в поддержку временного правительства Св. Синод и все, за исключением двух или трех, архиереи (т.е. более ста человек), соучаствовали в свержении своей Главы. Для этого они и объединились с революционерами, политиканами, масонами, развращенной элитой, многие нацепили себе красные банты, и с церковных амвонов вещали о наступлении «зари новой жизни», становлении на «путь истинной свобода, счастья и славы» (слова в кавычках - из обращения новосвященномученика еп. Агафангела (Ярославского)).

10. Скажу, может быть, некоторую крамолу. Какие последующие разногласия между епископами могут нам показаться не пустыми и глупыми после такого отступления от Бога, которое проявилось и утвердилось страшным деянием - нарушением всецерковной и всенародной клятвы Богу на верность Его помазаннику, клятвы, которую и давать то не нужно было, ибо убийство Помазанника и без клятвы есть страшный грех? По самому существу Божиего помазанничества! Но как от убийцы-рецедивиста требуется дополнительное свидетельство доброго намерения, когда его после наказания за убийство досрочно освобождают помилованием, так потребовалось дополнительное совершение клятвы русским народом, уже прежде совершившим подобное преступление убийством царевича Дмитрия и поставлением на престол его убийцы - Бориса Годунова (клятва 1613 года, данная русским народом соборно на верность Михаилу Романову, его детям и его всему роду после страшных лет великой смуты, последовавшим за убийством царевича Дмитрия). Мало того, такая клятва, чтобы быть действительною и принятою Богом, потребовала скрепления ее Кровью Христовой, ибо совершена была не только всем русским народом, но и всей Российской Церковью и утверждена была как всецерковная клятва. А вся сила Церкви и Ее клятв в Крови Завета со Христом. Потому эта клятва имеет страшную силу и ее нарушение налагает сугубую вину, подобную вине иудеев против Крови Христовой, на народ и особенно на иерархов. И мы знаем, что даже молитва св. Серафима Саровского, который три дня и три ночи молил Господа простить архиереев земли русской, и даже, подобно Моисею слезно умолял Господа лучше его лишить Царства Небесного, но простить их, не склонила милость Божию к архиереям. Господь сказал отцу Серафиму, что простит народ русский, но не архиереев, «которые учат народ учениям, заповедям человечески и «устами чтут Его, сердце же их далеко отстоит от Него». И эти непрощенные Богом архиереи - не кто иные, как те самые, которых смело катастрофой 1917 года: это и «староцерковники» и «обновленцы», и сергиане и катакомбники, «новосвященномученики», все из них, кто не покаялся за соучастие в цареубийстве - это именно они и не кто другой. Это именно о них молился батюшка Серафим Саровский, и их не простил Господь, и других не будет. Потому что невозможно совершить большее преступление, чем против Крови Христовой и невозможно понести на земле большее наказание, чем понесенное русским народом. Это наказание - подобно ожидаемым в апокалипсисе скорбям или понесенному евреями наказанию за подобное же преступление – убийство Царя иудейского, Помазанника (Христа). Тогда во время осады Иерусалима императором Титом, ослепленные иудеи продолжали внутри стен города междоусобную войну, а поедание детей или трупов умерших и похороненных людей, стало для многих привычным делом. Так было и в России во время гражданской войны и голода, в окружении сначала немцев, потом Антанты. Неужели нашему замутненному сознанию на этом фоне до сих пор кажется существенным спор о женатых епископах между «староцерковниками» и «обновленцами»? Или важным обвинение катакомбников в адрес сергиан в частом перемещении епископов с кафедры на кафедру? Или тонкие различия в степени соглашательства патриарха Тихона с большевиками или Сергия Старогородского с ними же? Или кто больше согрешил: сергиане, согласовывая с большевиками кандидатов на епископские кафедры или «зарубежники» (архиереи РПЦЗ), которые согласовывали с фашистами епископов на кафедры Германии? Все эти споры сами по себе были бы важны в другой обстановке, но, потерявши голову, по волосам не плачут. Ведомый на виселицу, будет ли переживать о выбитом глазе или сломанной ноге?

11. Важной чертой всех архиереев, переживших молчаливо февраль 1917 г. было их нежелание покаяться в грехе цареубийства. Поэтому виновников всех бед страны и Церкви они начинали искать во времени, последовавшем несколько позже февраля, чаще всего, начиная с октября 1917 года. Кто-то из них винил Керенского, кто-то большевиков, кто-то Сергия Старогородского, некоторые Антония Храповицкого и «карловчан», кто-то отколовшихся катакомбников. Но, в конце концов, самым подходящим для роли разрушителя Церкви оказался, вместе с большевиками, митрополит Сергий (Старогородский) со своей пресловутой декларацией. Создалась такая удобная завеса из мифов о том времени, так удачно все договорились о святости патриарха Тихона, который теперь как стена закрывает все грехи духовенства предшествующие его смерти в 1925 году, что человеку, который ищет правду и причины церковных недугов, стало как-будто незачем углубляться за 1925 поближе к предательскому февралю 1917г. Поэтому наблюдается такой удивительный контраст в отношении к патриарху Тихону и Сергию Старогородскому. Словно бы грех, вызвавший гнев Божий, случился написанием декларации 1927 г.! Такой удобный взгляд позволяет прикрыть грех цареубийства и участие в нем епископата и отвлекает нас от истинных причин трагедии, а главное, оставляет нас без покаяния и шанса быть оправданными Богом!

    Хочу привести здесь наглядный пример того, как понимали многие архиереи причины свалившихся на Россию бед. Некоторые из них по прошествии времени, чувствуя тяжесть десницы Божьей, стали высказываться в письмах, посланиях, выступлениях, проповедях мысль, что тяжкие скорби попущены Богом не случайно, но за грех. Для верующего человека ясно, что никто посторонний, будь-то евреи или масоны или католики, не могут быть причиной и источником скорбей. И если согрешивший человек, или целый народ, с благодарностью к Богу воспримет наказание и покается, то получит от Бога прощение и избавление от тяжких попущенных Богом скорбей. Главное – не винить кого-либо, кроме себя, но с покаянием обращаться к Богу – это азбучная истина для любого христианина, не только архиерея.

    Но вот что удивительно! После переворота ни один архиерей, участвовавший в февральской революции, будь-то по политическим взглядам монархист или демократ, публично не обратился с призывом к народу и духовенству – покаяться во всенародном грехе нарушения клятвы, грехе убийства Государя, его детей и супруги. Напротив, все доступные многочисленные документальные источники свидетельствуют: пастыри и архипастыри искали оправданий себе в недействительности клятвы, либо (большинство) упорно молчали, ни разу не вспомнив даже имени царя за все время его заточении; либо, в лучшем случае, как еп. Андраник или еп. Антоний (Храповицкий), высказывали некоторое сочувствие участи Государя, но вины за собой не признавали и своего покаяния ничем и никак не проявляли. Крушение страны и Церкви лукаво приписывалось расплывчатому отступлению народа от Бога, как будто народ может сам себя пасти. Некоторые мнили себя абстрактными монархистами – мы, мол, за царя, но такого, который нас устроит. И обсуждали кандидатуры. Такие монархисты на демократическом западе называются более честно -республиканцами. Среди сотни епископов на ум приходит одно имя Гермогена Тобольского, который остался верным присяге и поднялся на защиту царя, но вскоре же был замучен за это большевиками.

    Вот характерная цитата из письма (1928г.) новомученика митр. Иосифом Петровых, возглавлявшего самое массовое движение «неприсоединившихся» к декларации митр. Сергия, в котором он видит виновником всех постигших Россию бед не отступившее духовенство, а народ:

    «Если «легализовавшиеся» (речь о сергианах, прим. И.С.) восторжествуют всецело, как уронится (по-видимому, имеется ввиду: уронится в глазах катакомбников, прим. И.С.) этим «народ»! Если же этого не случится, как он поднимется и еще в наших страдальческих глазах! Мы убедимся тогда, что стоило страдать за этот народ, и не тяжки будут за него эти страдания».

    Слова ли это истинного пастыря, упрекающего в своих страданиях словесное стадо? Для сравнения приведу слова действительного отца и пастыря русского народа Царя-мученика Николая Александровича и его супруги Царицы-мученицы Александры Федоровны. И сравните, одного ли духа эти слова с приведенными ранее высказываниями архипастыря русской церкви?:

    «Наши страдания – ничто. Смотрите на страдания Спасителя, как он страдал за нас. Если только это нужно для России, Мы готовы жертвовать и жизнью и всем» - Императрица, вскоре после вынужденного отречения Николая II. (Дитерихс М.К. Убийство царской семьи …)

    «Нельзя было причинить ей более сильной обиды, как сказать, что она не знает и не понимает русского народа. Она как бы жила с закрытыми глазами, не видела, что проделывали около нее обольшевичившиеся солдаты, и не хотела видеть в них плохих людей. Однажды на эту тему между нею и учительницей Битнер, винившей в большевизме русский народ (как и епископы, прим. И.С.), произошел горячий спор. Императрица расплакалась и, указывая на проходивших по улице красноармейцев, кричала:"Вон, говорят, они нехорошие! Посмотрите на них! Вон они смотрят, улыбаются! Они хорошие". (Н.А. Соколов. Убийство царской семьи).

    «Быть может, необходима искупительная жертва для спасения России: я буду этой жертвой – да свершится воля Божия» - Государь Николай II.

    И вот еще пример для сравнения из более отдаленных времен - молитва трех отроков израильских в Вавилоне. Как известно, они оказались в Вавилоне в результате разрушения Иерусалима и пленения народа иудейского халдеями, после многочисленных обращений пророков к народу, царю и священникам прекратить нечестие, поклонение идолам, жертвоприношение детей молоху. Отроки отказались поклониться золотому истукану, изготовленному Навуходоносором, и за это были поставлены перед огненной печью для сожжения:

    "Благословен Ты, Господи Боже отцов наших, хвально и прославлено имя Твое вовеки. Ибо праведен Ты во всем, что соделал с нами, и все дела Твои истинны и пути Твои правы, и все суды Твои истинны. Ты совершил истинные суды во всем, что навел на нас и на святый град отцов наших Иерусалим, потому что по истине и по суду навел Ты все это на нас за грехи наши. Ибо согрешили мы, и поступили беззаконно, отступив от Тебя, и во всем согрешили. Заповедей Твоих не слушали и не соблюдали их, и не поступали, как Ты повелел нам, чтобы благо нам было. И все, что Ты навел на нас, и все, что Ты соделал с нами, соделал по истинному суду. И предал нас в руки врагов беззаконных, ненавистнейших отступников, и царю неправосудному и злейшему на всей земле. И ныне мы не можем открыть уст наших; мы сделались стыдом и поношением для рабов Твоих и чтущих Тебя. Но не предай нас навсегда ради имени Твоего, и не разруши завета Твоего. Не отними от нас милости Твоей ради Авраама, возлюбленного Тобою, ради Исаака, раба Твоего, и Израиля, святаго Твоего, которым Ты говорил, что умножишь семя их, как звезды небесные и как песок на берегу моря. Мы умалены, Господи, паче всех народов, и унижены ныне на всей земле за грехи наши, и нет у нас в настоящее время ни князя, ни пророка, ни вождя, ни всесожжения, ни жертвы, ни приношения, ни фимиама, ни места, чтобы нам принести жертву Тебе и обрести милость Твою. Но с сокрушенным сердцем и смиренным духом да будем приняты. Как при всесожжении овнов и тельцов и как при тысячах тучных агнцев, так да будет жертва наша пред Тобою ныне благоугодною Тебе; ибо нет стыда уповающим на Тебя. И ныне мы следуем за Тобою всем сердцем и боимся Тебя и ищем лица Твоего. Не посрами нас, но сотвори с нами по снисхождению Твоему и по множеству милости Твоей и избави нас силою чудес Твоих, и дай славу имени Твоему, Господи, и да постыдятся все, делающие рабам Твоим зло, и да постыдятся со всем могуществом, и сила их да сокрушится, и да познают, что Ты Господь Бог един и славен по всей вселенной". (Дан.3:26-45)

    Это молитва отроков, которые даже и по возрасту своему не успели еще нагрешить, как отцы, отступившие от Бога и покланявшиеся идолам. Но она исполнена покаянных чувств и слов о своем грехе и своей вине, неотделимой от вины всего народа. И такую только молитву за ближнего и за весь народ приемлет Господь, если страдающий не отрицается греха народа, но берет на себя и те грехи ближних, которыми сам не согрешал. Так в образец нам молился и Сам Наш Господь на Кресте Отцу Своему.

    Так молились Государь и Государыня и их дети. И до какой же степени ослепленными оказались архиереи, что им и спустя 11 лет после февральского переворота казалось, что они страдали за народ, а не народ страдал за свое и их, пастырей заблудших, клятвопреступление и предательство Царя!

Выводы.

В результате греха цареубийства народ подпал под проклятие. Сугубо согрешили в этом пастыри. Это и есть главная беда народа и Русской Церкви. Все остальные беды и болезни Русской Церкви есть следствие этого греха и неизлечимы без покаяния в нем и …прощения.

Некоторые говорят, что раз согрешили отцы, деды, а мы непосредственно не участвовали в грехе, то мы и не несем ответ за отцов своих, ибо это бы было несовместимо с Божьей справедливостью. Дети за отцов не отвечают. Здесь нужно внести пояснение. « Господь, Господь, Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный, сохраняющий милость в тысячи [родов], прощающий вину и преступление и грех, но не оставляющий без наказания, наказывающий вину отцов в детях и в детях детей до третьего и четвертого рода» (Исх.34:6,7).

Бог справедлив, и Его справедливость хотя бы уже в том, что много родов, тысячу лет мы имеем от Него великий дар, Русскую Церковь Православную, и Он ради молитв святых отец наших, на земле российской просиявших, долготерпит и нас. Если же мы пользуемся ради святых отцов наших милостью Божией (вспомним молитву: «молитвами святых отец наших, Господи, помилуй нас»), то должны и потерпеть скорби, как часть народа и Церкви. «Неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать? (Иов.2:10) Восприняв веру и спасительные таинства Церкви от отцов мы приняли и их клятву… и проклятие вместе с теми, кто предал Царя, его детей и супругу и слуг его на смерть. Имеем через любовь святых отцов благо истинной веры и их молитвы, то ради любви должны и сами потерпеть, понести немощи и молиться о тех, кто в 1917 году отступил. В этом любовь.

Бог есть Любовь. Оказалось, что Любовь Божия избрала лучшим для нас неприкрытое безбожие власти, чем внутренне отступление, обманчивое внешней благочинностью. Это внутренне отступление проявилось тем, что народ соблазнился на Помазанника и посчитал, что сам, без Бога, по своему хотению лучше устроит свою жизнь. И Бог дал исполнить это желание, построить безбожный рай на земле, и мы теперь живем в разрушенной стране с поруганными святынями. Очевидно, что в русском народе должно через страдание вызреть покаяние в соделанных преступлениях, народ должен всем сердцем увидеть настоящую причину и корень всех зол и того проклятия, которые он несет.

Святитель Иоанн (Шанхайский): «Государь Николай Александрович скончался как мученик, с непоколебимой верой и терпением, выпив чашу страданий до дна. Грех против него и России совершили все, кто так или иначе действовал против него, не противодействовал тому или хоть сочувствием принял участие в совершившемся 40 лет назад событии. Грех тот лежит на всех, пока не будет смыт искренним покаянием. Вознося молитвы о упокоении его души, мы молим и о убиенных также в мартовские дни Царях Павле Петровиче и Александре Николаевиче. И молимся о прощении Русскому народу тяжкого греха измены и цареубийства. Горе тем, кто добрым называет зло, а добро — злом. Перед нами, пред Русским народом, путь восстания — есть путь сознания греха и покаяние. Для возрождения России напрасны все политические и программные объединения: России нужно нравственное обновление Русского народа. Мы должны молиться о прощении грехов наших и о милости нашему Отечеству, подобно тому, как Господь Бог освободил Израиль от плена Вавилонского, восстановил и разрушенный град Иерусалим».